В мире формируется новая архитектура с участием России

В видеообращении к участникам международного форума «Открытый диалог» глава государства заявил, что в мире формируется более сложная многополярная архитектура, в которой ключевую роль играют страны, способные самостоятельно определять вектор развития. При этом ни одна страна не может развиваться в одиночку, а современные глобальные вызовы требуют совместных усилий. Устойчивая и справедливая модель мирового развития возможна только на принципах равноправия и взаимного уважения.

Участники астраханского «Экспертного клуба» обсудили новые реалии, укрепление суверенитета России и взаимодействие региона со странами глобального Юга.

«Действительно, сегодня мы наблюдаем формирование более сложной и сбалансированной системы международных отношений — многополярность становится объективной реальностью. В этих условиях всё большее значение приобретают партнёрство, взаимное уважение и способность стран выстраивать равноправный диалог. Для укрепления суверенитета России важно продолжать развитие собственной экономики, технологий, образования и человеческого капитала — именно это формирует устойчивую основу для самостоятельного развития и сильных позиций на мировой арене. При этом регионы играют не последнюю роль. Например, Астраханская область активно взаимодействует со странами Каспийского региона и в целом с направлениями глобального Юга — через логистику, торговлю, гуманитарные и культурные проекты. Это как раз пример того, как на региональном уровне выстраиваются новые точки роста и международного сотрудничества. В итоге многополярный мир — это не только про конкуренцию, но и про новые возможности для взаимодействия и развития», — подчёркивает заместитель директора Государственного архива Астраханской области Екатерина Шалацкая.

«Согласен полностью. Тенденция очевидна, и её уже не отрицают даже на Западе, хотя некоторые до сих пор цепляются за однополярную модель. Мир меняется, и Астраханская область — прямое тому доказательство. Наш регион уже много лет работает со странами глобального Юга, причём не на словах, а на деле.

Для укрепления суверенитета России в новых условиях, на мой взгляд, нужно три вещи. Во-первых, технологическая независимость. Без своих двигателей, станков, софта и микроэлектроники любой суверенитет останется иллюзией. У нас в ОЭЗ „Лотос“ строят завод судовых двигателей — это не просто стройка, это вклад в общую безопасность. Во-вторых, переориентация логистики и торговли. Разворот на Юг и Восток — это не временная мера, а стратегия на десятилетия. И в-третьих, защита от информационного давления. Когда на тебя льют тонны дезинформации, нужно уметь разоблачать фейки и доносить правду. Астраханская область уже активно взаимодействует с новыми центрами роста. Морской порт Оля — ключевой хаб МТК „Север — Юг“. Через него идут грузы из Ирана, Индии, стран Персидского залива. У нас налажены прямые контакты с иранскими провинциями — в 2024 году подписали меморандум с Гиляном. Торговля идёт в обе стороны: наши фрукты и овощи — туда, их промышленные товары — к нам. С Туркменистаном тоже активная работа — зерно, стройматериалы, сельхозтехника. Плюс образовательные и культурные обмены — в АГУ и АГТУ учатся студенты из Ирана, Туркменистана, Казахстана. С ОАЭ и Индией пока сложнее, прямых контактов меньше, но интерес огромный. Бизнес ждёт понятных правил игры, логистики и преференций. Но я уверен, это вопрос времени. Когда Запад закрывает двери, мы находим открытые окна на Восток и Юг. И главное — не бояться этих перемен, а грамотно использовать новые возможности», — подчеркнул член молодёжного парламента при Госдуме РФ, депутат Совета МО «Карагали», секретарь партии «Новые люди» в Приволжском районе Астраханской области Матвей Шакиров.

«Согласен: многополярная архитектура уже не прогноз, а реальность. Мир уходит от модели, где одни страны назначают правила, санкции, рынки и „правильные“ траектории развития для всех остальных. На первый план выходят суверенитет, технологическая самостоятельность, доступ к ресурсам, промышленность, логистика, продовольственная безопасность и способность государства строить партнёрства по принципу не подчинения, а взаимной выгоды. Для России укрепление суверенитета сегодня — это не только дипломатия и оборона. Это промышленная база, собственные технологии, сильные регионы, поддержка МСП, экспорт, роботизация, импортозамещение, развитие агропромышленного комплекса, логистических коридоров и цифровых инструментов управления экономикой. Особенно важно, чтобы регионы не оставались наблюдателями большой геополитики. Астраханская область, например, объективно может быть одним из практических узлов взаимодействия с Каспием, Ираном, странами Ближнего Востока, Индией, Центральной Азией и другими центрами роста. Через логистику, АПК, промышленную кооперацию, экспорт, переработку, судостроение, туризм и инвестиционные проекты. Новая многополярность должна измеряться не только заявлениями, а конкретными проектами: заводами, портами, экспортными контрактами, льготным финансированием, международными партнёрствами и рабочими местами. Именно на этом уровне и формируется настоящая роль России в новом мире», — уверен эксперт господдержки, руководитель лаборатории ИИ, лектор Владимир Король.

«Да, наблюдается формирование новой архитектуры международных отношений, где уходит в прошлое однополярная модель с одним центром силы. Ей на смену приходит система с множеством влиятельных игроков, таких как Китай, Индия, государства БРИКС, другие региональные центры и, несомненно, Россия. Это подтверждается усилением экономического и политического влияния стран глобального Юга, формированием разнообразных международных альянсов и стремлением государств к проведению более независимой внешней политики. Для укрепления суверенитета и международного веса России в таких условиях необходимо: углублять стратегические связи с ключевыми многополярными державами, особенно в рамках БРИКС, ШОС, ЕАЭС, а также с отдельными государствами Азии, Африки и Латинской Америки; развивать экономическую самодостаточность, наращивая технологический суверенитет, минимизируя зависимость от внешних ограничений и поддерживая импортозамещение в критически важных отраслях.

Астраханская область, благодаря своему выгодному географическому положению, играет значимую роль в сотрудничестве России со странами глобального Юга. Регион является ключевым звеном международного транспортного коридора „Север — Юг“, располагая портами и соответствующей транспортной инфраструктурой для обработки грузов из Ирана, Индии, стран Персидского залива и Центральной Азии. Наблюдается рост товарооборота с Ираном, Индией, ОАЭ, Турцией и другими странами, развиваются совместные проекты в сферах энергетики, сельского хозяйства и промышленности. Реализуются образовательные программы, принимаются иностранные студенты, проводятся международные форумы, фестивали. Укрепляются связи с Прикаспийскими государствами, включая развитие приграничной торговли и туризма. Модернизация портов Оля и Астрахань, строительство логистических комплексов и улучшение транспортной сети способствуют повышению инвестиционной привлекательности региона для партнёров из стран глобального Юга», — подчеркнул директор астраханского филиала Президентской академии РАНХиГС Андрей Петраев.

«Это, безусловно, забавно, как разговоры о многополярности плавно вошли в мейнстрим, хотя ещё лет 15 назад даже намёк на эту тему помечался оранжевыми тегами „ALARM!!! конспирология, шизофазия! срочно плюньте в этого гражданина, скажите ему своё фе...“

Сам термин полярности придумал американский гражданин К. Уолтц в 1979 году. Позже его доработали американские же граждане Д. Миршаймер и У. Уолфорт, которых по вполне понятным причинам взволновал вопрос о роли США в современной системе международных отношений и о том, как долго продлится вот это вот всё. И если мыслить в категориях этой модели (а есть и другие), то следует различать:

1) периоды доминирования одного игрока: например Pax Romana в средиземноморской мир-системе начала I тысячелетия или Поднебесная эпох Мин и Цин (с XIV до начала XX века);

2) периоды биполярности с относительно устойчивым балансом: например Рим и Сасаниды с III по VII век, колониальные империи Британии и Франции в XVIII веке;

3) ну и многополярный раздрай, примеры которого в основном совпадают с названиями больших региональных, а то и мировых войн — от Троецарствия в Китае и Тридцатилетней войны в Европе до Первой и Второй мировых войн в XX веке. Исключением можно назвать разве что исторический период „Европейского концерта“, когда после Наполеоновских войн европейские государи вспомнили, что помимо пушек есть еще дипломатия. Куда это всё заведет, пока непонятно. Но в целом заинтересованность президента Владимира Путина в укреплении суверенитета России обоснованна. Желание отгородиться забором от происходящего на мировой сцене сумасшедшего перформанса можно понять. Впрочем, не обязательно смотреть на всё через шоры „полярной“ модели. Есть и альтернативные варианты оценить происходящее, включая, например, глубоко мне симпатичный концепт от гуманитария Умберто Эко про наступление „нового средневековья“. Тоже не самая весёлая концепция, но куда деваться. Так как возможности повлиять на всё это у таких, как я, невелики, остаётся запасаться попкорном (пока дают) и наблюдать за происходящим», — высказался независимый журналист, редактор Алексей Кожевников.